– Мы говорим об условиях завещания, мисс Бэроу. Ваш дядя имел право сделать любые оговорки, какие считал нужным, относительно прав наследования. Это ведь его деньги.

– Но речь идет о моей жизни. Или вы, джентльмены, пользуясь, случаем, забыли об этом?

Адвокат снисходительно улыбнулся.

– Господин Тревор будет направлять вас…

– Направлять меня? Он? Я, скорее стану советоваться… со змеей!

– Мисс Бэроу! Успокойтесь, прошу вас. Это все делается ради вашего же блага. Ваш дядя надеялся, что, когда вы повзрослеете, станете более благоразумной и…

– Благоразумной! – Джоан рассмеялась. – Предполагается, что я стану мудрее за три месяца? Ведь именно через три месяца мне исполнится двадцать один год. Через три коротких месяца.

– Это действительно очень небольшой срок, – утешительно произнес Бигли. – Вы и мистер Тревор…

– Как вы влезли в это дело? – Сжав кулачки, девушка повернулась к Стиву и негодующе взглянула ему в глаза. – Скажите честно, как вам удалось стать моим опекуном?

Тревор посматривал на Джоан из-под опущенных век.

– Не будьте дурой, – прорычал он. – Час назад я вообще не знал, кто вы такая. Если вы думаете, что все это мне очень нравится, то сильно ошибаетесь…

– Я найму адвоката! – Подбородок Джоан резко дернулся вверх от возмущения. – И я привлеку вас к суду, мистер Тревор. Я добьюсь, чтобы все оговорки пошли псу под хвост!

– Это ваше право, – холодно ответил Стив. – Правда, к тому времени, когда ваше дело ляжет на стол судьи, вы будете задувать свечи на праздничном торте по случаю совершеннолетия. Вам решать.

Девушка с минуту смотрела на Тревора с раскрасневшимся от волнения лицом, а затем обратилась к адвокату:

– Я все-таки хочу разобраться в этом. Дядя завещал мне свое состояние, но до тех пор, пока мне не исполнится двадцать один год, моим опекуном будет этот человек. Так?