– У вас… очень странное чувство юмора, господин Бигли. Вы все это придумали только для того, чтобы заставить меня расхохотаться?

– Мисс Бэроу, уверяю вас…

– Позвольте мне сказать вам кое-что. – Черные волосы Джоан упали назад, когда она резко поднялась со стула. – Лично я не считаю, что это так уж смешно.

– Поверьте, – упрямо повторил адвокат, – я тоже не усматриваю никакого юмора в данной ситуации.

– Тогда что?

– Я сказал правду, мисс Бэроу. Ваш дядя завещал все свое состояние вам.

– А оговорки? Всякая чепуха по поводу того, что этот мужчина должен быть моим опекуном? – Джоан перевела дух. – Это-то не может быть правдой. Почему… Я хочу сказать, как может…

– Черт возьми!

Девушка повернулась на восклицание и увидела, что Тревор направляется к ней – глаза холодные, рот плотно сжат. Он остановился напротив Джоан, загораживая своим мощным телом адвоката.

– Позвольте мне объяснить вам, леди. Ваш дядя просто подумал, что как только вы получите его денежки, то тут же их и спустите. Я прав, Бигли?

– Да. Грегори беспокоился, что его племянница – то есть вы, мисс Бэроу, – еще недостаточно повзрослели, чтобы…

– И он решил поставить предохранительный клапан на свое состояние. – На губах Тревора заиграла ледяная улыбка. – Вот тут-то в игру и вступаю я.

– Вы? – У Джоан перехватило дыхание. – Это невозможно! Я даже не знаю вас. И потом, я уже не ребенок. Вы сами сказали, что думали, будто мне двенадцать лет, но…

– Не берите в голову, что я думал. – Глаза Стивена заблестели. – Вы только что стали моей подопечной. И останетесь таковой, пока не достигнете двадцати одного года.

Джоан уставилась на каменное лицо опекуна. Бог мой! А он, оказывается, не шутит!

Наследницу охватила злость, быстро сметая недоверие, которое Джоан испытывала несколько минут назад.

– Черта с два! – выдавила девушка сквозь зубы. Сверкая глазами, она повернулась к Винсенту Бигли. – Этого не будет! Я не младенец и не идиотка и не позволю обращаться с собой подобным образом! Нет закона, который…