— Ты нарочно это сделала! — взъярился Ал, напоминая маленького чумазого ребенка, доказывающего, что он чистый.

Тритон выглядела донельзя довольной собой, и Ал отвернулся, разочарованный. Дрожа, я посильнее запахнула одеяло. Своими руками. Мои руки. Глаза защипало от слез, когда я посмотрела на маленькую бутылочку на столе, зеленую и вновь наполненную изумрудными вихрями. Я хотела смеяться. Плакать. Блевать. Вопить.

— Что она здесь делает? — еще раз спросила я, повысив голос.

— Кратон психопат, — сказал Ал, — понадобилось двое из нас, чтобы засадить его в бутылку.

Я нервно мяла пальцами одеяло. У меня было нехорошее предчувствие, что Тритон пыталась меня убить.

— Ты была в моей голове? — спросила я ее, боясь ответа.

Тритон издала короткий звук сожаления, тихо ступая по комнате.

— Нет, — капризно ответила она, останавливаясь рядом с Пирсом, лежащим под пустым гобеленом. Даже движущиеся фигуры на ткани испугались демонессы и спрятались.

Пирс тер разбитую губу и выглядел угрюмым, возможно даже испуганным. Я была удивлена видеть его все еще здесь.

— Ал принял на себя обязанности учителя, — сказала она и провела ладонью по волосам призрака. Пирс застыл, гневно сжав губы. — Я просто засунула душу обратно в бутылку, раз Ал вытащил ее из тебя. Великолепно, если ты не сможешь продемонстрировать свою способность удержать ее в живых, то я возьму ее под свое крылышко. А ты, Ал, получишь место моей собаки.

Мои глаза в ужасе расширились. Страх дал мне силы подняться на ноги, и я оперлась на стол для равновесия.

— Это была моя вина, не Ала. А теперь я в порядке. Действительно. Видишь? Все хорошо.