В понедельник утром она вручит боссу заявление об уходе, и Джеймс Хэнкок станет ее прошлым. И слава богу!

Хм… Она собирается прийти с мужчиной. Интересно будет взглянуть, какой тип предпочитает Люси Уортингтон, размышлял Джеймс, усаживаясь за стол и включая компьютер. Она никогда ничего не рассказывала о своей личной жизни, и Джеймс не мог отрицать, что заинтригован. Женщины в большинстве своем давно перестали быть для него загадкой, но только не его секретарь.

Люси была замкнута, всегда очень собранна и никогда не теряла головы. Это делало ее прекрасным помощником — она всегда умела утихомирить разошедшегося клиента и найти выход из любой ситуации.

Бухгалтер, решил Джеймс. Именно такой мужчина должен нравиться Люси — солидный, любезный, надежный, ни разу в жизни не нарушивший закон, верный своим привычкам, работающий от звонка до звонка — с девяти до пяти, — и ни минутой больше, носящий консервативные костюмы и очки в тонкой золотой оправе. Да, именно такой — аккуратный и очень правильный.

Джеймс кивнул сам себе и вывел на монитор последние электронные сообщения. Он почти не сомневался, что именно такого спутника увидит рядом с Люси, и все же было в его помощнице нечто неуловимое, что подспудно нервировало его на протяжении всех этих восьми месяцев их совместной работы. И чем дальше, тем больше. Стоило дать ей эти приглашения на благотворительный бал, чтобы увидеть все собственными глазами и перестать предаваться размышлениям о том, что же скрывается за внешней сдержанностью Люси Уортингтон.

В последнее время мысли о Люси начали посещать его в самое неподходящее время — даже когда он был с другими женщинами. Ему вдруг начинало не хватать ее остроумных замечаний или приходила мысль о том, какова она в постели. И это необходимо прекратить! Он не собирается смешивать бизнес и удовольствие и терять лучшего помощника, который у него был когда-либо. Джеймс не сомневался, что Люси пришла бы в ужас, узнай она, какие мысли на ее счет обуревают босса в последнее время. Увидев ее рядом с мужчиной — наверняка это будет все-таки консервативный бухгалтер в очках, — он успокоится, и все встанет на свои места.