Юбка средней длины заканчивалась чуть выше колен — ясное дело, мини-юбки не для Люси. Но то, что Джеймс мог лицезреть — изящные икры и тонкие лодыжки, позволяло предположить, что и все остальное являет собой восхитительное зрелище. Даже хорошо, что вся маленькая точеная фигурка Люси скрыта под скромным костюмом, подумал Джеймс.

Будучи ниже среднего роста, Люси не могла бы претендовать на работу топ-модели, но ее фигура отличалась пропорциональностью и изяществом. А то, как соблазнительно покачивались при ходьбе ее бедра, в последнее время все чаще отвлекало Джеймса от работы. Он поскорее отогнал непрошеные мысли и перевел взгляд на ее лицо.

Его нельзя было назвать классически красивым, хотя кто знает, каким бы оно стало, воспользуйся она услугами косметолога и визажиста. Но и без косметики ее лицо было очень привлекательным, только излишне строгим из-за очков и стянутых в узел волос. Джеймс ни разу не видел, чтобы из этого узла выбилась хотя бы прядь, и неоднократно испытывал искушение вытащить шпильки и дать волю ее мягким русым волосам. А если снять с нее очки, что он увидит в ее глазах?

Пока же он видел в них живой ум, собранность и сосредоточенность исключительно на работе.

Задетый ее явным безразличием, а он привык, что женщины находили его весьма и весьма привлекательным, Джеймс не нашел ничего лучшего, как выпалить:

— Он — бухгалтер?

Тут же его охватила досада на свою несдержанность и на то, что Люси Уортингтон так глубоко влезла в его мысли.

На нежном гладком лбу Люси появились морщинки, а брови взметнулись выше оправы очков.

— О ком ты говоришь?

И вместо того, чтобы постараться исправить оплошность и уйти от этого разговора, Джеймс вдруг рявкнул: