Его упорство и настойчивость наконец были вознаграждены, и теперь он возглавлял новое элитное подразделение. Ему позволили самому набирать персонал, сначала с бору по сосенке, тех, кто приходил к нему из всех отделов. От каждого требовалось пройти курс специальной подготовки в академии Куонтико, прежде чем предстать перед Моргенштерном для последующего жестокого тестирования и не менее бесчеловечных тренировок. Выживали при этом лишь немногие, но зато оставшихся можно было с полным правом назвать выдающимися экземплярами. Кто-то даже подслушал, как Моргенштерн заверял директора ФБР, что на него работают самые сливки из всего штата агентов и уже через год он докажет всем маловерам свою безусловную правоту. После этого он вручил бразды правления отделом по поиску без вести пропавших своему заместителю Фрэнку О'Лири и все время и усилия посвятил вновь созданной группе.

Команда его была поистине уникальной. Каждый член в совершенстве владел методикой розыска пропавших детей. Все агенты превратились в охотников, идущих по следу двадцать четыре часа в сутки с одной священной целью: найти и защитить, пока еще есть время. Пока не поздно. Последняя надежда, самая стойкая линия обороны против маньяков и извращенцев, против мира тьмы.

Стрессы, которым они подвергались, были настолько невыносимы, что у нескольких агентов случился инфаркт, но никто не мог бы назвать их людьми средними и ничем не выдающимися. Ни один из них не вписывался в общее представление об агенте ФБР, но и Моргенштерн ничем не походил на типичного начальника. Он в два счета доказал, что может без труда управлять столь необычным подразделением. Работники остальных отделов прозвали его агентов апостолами, скорее всего потому, что их было двенадцать, но Моргенштерну не нравилось прозвище, поскольку подразумевало слишком высокие стандарты, которым они были обязаны соответствовать.