Правда? — По-прежнему расслабленный и невозмутимый, Джонас как будто не обращал внимания на то, что с ней происходит. Он открыл холодильник и предложил ей пива. Когда Лиз молча покачала головой, он вскрыл банку для себя. — Каким же вы его считали?

—По-моему, он плыл по течению. Случайно течение прибило его ко мне. Я дала ему работу, потому что он показался мне ловким и сообразительным. Если честно, я и не ожидала, что он проработает у меня больше месяца. Такие, как он, нигде подолгу не задерживаются.

Хотя ни один мускул не дрогнул у него на лице, Джонас насторожился.

Что значит «такие, как он»?

Ваш брат всегда стремился к легкой наживе. Он работал, потому что хотел есть, но всегда гнался за крупным кушем, получив который ему бы уже не пришлось трудиться.

Значит, вы все-таки его раскусили, — пробормотал Джонас. — Что же ему понадобилось на Косумеле?

Говорю вам, не знаю! Насколько мне известно, он любил развлекаться и загорать. — Лиз в досаде всплеснула руками. — Я сдала ему комнату, потому что он показался мне безобидным, а лишние деньги для меня всегда кстати. Мы с вашим братом не были близки ни в каком смысле. Больше всего он делился со мной своими планами, когда хвастал, что собирается нырять за большими деньгами.

Нырять? Где?

Стараясь успокоиться, Лиз провела рукой по волосам.

—Слушайте, оставьте меня в покое!

Элизабет, вы ведь реалистка?

Да. — Она смерила его спокойным взглядом.

Значит, понимаете, что я все равно от вас не отстану. Где он собирался нырять за большими деньгами?

Не знаю. Как только он расхвастался, что скоро разбогатеет, я практически перестала слушать.

Что он вам говорил? — тихо, но настойчиво спросил Джонас. — Попробуйте вспомнить, что он тогда вам говорил!

Он обмолвился о том, что, мол, ныряя, можно нажить целое состояние, а я пошутила насчет затонувших сокровищ.