Вы когда-нибудь возвращались в Штаты?

Нет. — Лиз вздохнула и мысленно обозвала себя дурой. Это все снимки, внушала она себе, снимки, которые пришли вчера по почте. Ее девочка в розовом платье...

От кого-то прячетесь?

Она круто развернулась к нему. Сентиментальность сменилась яростью. Тело ее выгнулось, как лук, готовый выстрелить. Джонас поднял руку:

—Извините, у меня профессиональная привычка лезть в чужие тайны!

Лиз заставила себя расслабиться, убрать напряжение — она давно научилась управлять своими эмоциями.

—Так и без пальцев недолго остаться, мистер Шарп!

Он широко улыбнулся.

—Да, наверное, но я всегда считал, что риск — дело благородное. Вас ведь зовут Лиз, да?

Она слегка нахмурилась; челкой небрежно играл ветер.

Да... только друзья.

Это имя вам подходит, кроме тех минут, когда вы напускаете на себя равнодушный вид. Тогда вам больше подходит Элизабет.

Она смерила его испепеляющим взглядом, уверенная, что он нарочно пытается ее раздразнить.

Никто не зовет меня Элизабет. Джонас только ухмыльнулся.

Почему вы не спали с Джерри?

Что, простите?!

—Да, определенно Элизабет. Вы красивая женщина, хотя и не в общепринятом смысле слова. — Комплимент он метнул небрежно — словно бросил сигарету в воду. — Джерри питал... слабость к красивым женщинам. Не могу понять, почему вы с ним не стали любовниками.

На секунду — только на секунду — в голове Лиз мелькнула мысль: уже очень давно никто не называл ее красивой. Когда-то ей нужно было, чтобы ею восхищались... Она повернулась к нему и смерила его убийственным взглядом. Сейчас ей такие комплименты не нужны.

Я не хотела спать с ним. Возможно, вам трудно будет понять, поскольку у вас такое же лицо, как у него. В общем я не считала Джерри неотразимым.