– Кэти Ророа… Марианна Каро, – непринужденно представил женщин друг другу Кеннет. – И ее дочь Шейла, с которой вы, Кэти, явно уже познакомились.

Старушка кивнула.

– Это честь для меня.

Марианна вежливо наклонила голову.

– И для меня тоже. Вы очень добры, что вышли поздороваться со мной.

Кэти Ророа улыбнулась.

– Ваша дочь сказала, что будет есть здесь, чтобы посмотреть на грозу. А вы, может быть, предпочтете обедать в доме?

– Нет. Здесь так хорошо! – поспешила заверить ее Марианна, заметив, что стол на веранде уже накрыт, и не испытывая желания проходить дальше в дом.

Лучше остаться снаружи. Так легче уйти.

– Как вам угодно. Надеюсь, вы приятно проведете вечер.

«Только один вечер», – мысленно повторила Марианна, глядя, как старая женщина возвращается в комнаты, в жилище Кеннета.

За спиной раздались раскаты грома. Они прозвучали как глас судьбы, пророчащий неисчислимые беды, которые принесет ее приход сюда. Но ведь это только один вечер! Если сохранять рассудительность, ничего страшного не произойдет.

Собравшись с силами, она повернулась лицом к Кеннету… и к готовой разбушеваться стихии.

4

Изломанные росчерки молний разрезали черноту неба. Буйство природы, вызывающее благоговейный трепет, сопровождалось все новыми и новыми раскатами грома. В Европе Марианне не случалось видеть таких гроз.

Шейле все это казалось волшебным спектаклем, и она то и дело показывала на молнии, возбужденно крича: «Смотри! Смотри!» и радостно хлопая в ладоши.

– Ух ты, какая огромная!

Кеннет довольно смеялся, глядя на нее, и при этом усердно исполнял роль хозяина: разливал напитки, передавал блюдо со смесью орехов и печеньем из рисовой муки. Он так и не застегнул рубашку, и Марианна поймала себя на том, что невольно поглядывает на его обнаженную грудь.