Им пришлось отложить начатое на более позднее время. Они уже были не одни. Но Марианна по-прежнему чувствовала себя не матерью и не гостьей, она была погружена в восхитительные ощущения, которые охватили ее после того, как она наконец перестала сопротивляться желаниям, вызываемым в ней Кеннетом Джорданом.

Казалось странным снова сидеть за столом, словно ничего не случилось, и втайне наслаждаться возбуждением, которое продолжало звенеть во всем теле, пока Кэти Ророа везла столик на колесах со следующей переменой блюд. Шейла, бежавшая за ней со стаканчиком шоколадного мороженого, подскочила к Кеннету, чтобы поблагодарить его за лакомство.

Марианна не могла оторвать взгляда от Кеннета, рисуя в воображении, чем они будут заниматься, оставшись одни. Не оставило ли его возбуждение? Трудно было это понять, когда он сидел через стол от нее. Она пыталась представить, как он будет выглядеть без одежды, как будет вести себя с ней. Мужественно и уверенно, решила она, не пытаясь что-то доказать ей, а просто оставаясь самим собой. И позволяя быть самой собой ей.

– Выглядит великолепно, Кэти, как обычно, – похвалил Кеннет старушку, раскладывающую по тарелкам тушеную рыбу с овощами и поливающую все это соусом.

– У Кэти есть специальное блюдо с бамбуковыми палочками внутри, для того чтобы готовить рыбу, мамочка, – с важным видом сообщила Шейла. – Она показала мне много интересного. В этом доме такая большая кухня! Больше, чем весь наш фургон.

– Это хорошо, – рассеянно ответила Марианна, наблюдая, как девочка слизывает растаявшие капли мороженого, и во всех захватывающих подробностях вспоминая поцелуй Кеннета.

– А еще у Кэти есть коллекция раковин, – тараторила Шейла. – Она обещала мне показать их, когда закончит дела в кухне.