Джей с трудом смогла проглотить слюну. Ух!

Положение осложняется.

- Я не фея, милочка. Я - просто человек, - сказала она Ривер.

Девочку это не убедило, но она не успела возразить, так как дверцы распахнулись. Джей вышла из лифта в большой пустой вестибюль и повернулась к Рейвену.

- Послушайте... Произошло какое-то недоразумение. Давайте присядем и все выясним.

- Согласен. - Рейвен поставил дочку на пол. -Обсудим все сейчас же, чтобы вы могли успеть на ближайший рейс. - Ривер снова начала плакать. Тогда он указал на высокую дверь, представляющую собой деревянную мозаику: из светлых и темных кусочков дерева был сложен затейливый рисунок, в котором Джей сразу разглядела ворона. - Подождите меня в кабинете.

Не говоря ни слова, она открыла дверь, оставив отца с дочкой вдвоем. Кабинет походил на кабинет ее зятя. Как и Матиас, Рейвен не любил изобилия расцветок. Но если в кабинете Блакстона было всего два цвета - черный и белый, то здесь дерево удачно сочеталось с белыми стенами и сизовато-серым берберским ковром, что создавало в комнате уют. Как неожиданно, подумала Джей.

Поверхность письменного стола была инкрустирована так же, как и дверь. Чудесно подобранные кусочки дерева покрывало тяжелое стекло. Джей стала разглядывать и заметила то, чего не увидела раньше: над бурлящим ручьем летел ворон; он так широко раскинул крылья, словно собирался накрыть ими всю поверхность воды. Символизировала ли вода его дочь Ривер <"River" (англ.) река.>? Похоже, что и у такого сурового человека есть уязвимые места.

Но особенно привлек Джей уголок кабинета около письменного стола - здесь, без сомнения, обитала Ривер. Почти весь угол занимали столик и книжный шкаф. Всю белую стену позади стола украшали детские рисунки фломастером. Ясно, что отец обожает дочь, раз позволил ей изрисовать стену у себя в кабинете. Среди рисунков висели фотографии и картинки, вырезанные из журналов.