До того как попасть на кухню, Мегги поговорила еще со священником по поводу отпевания, которое должно состояться на следующее утро.

Кухня, как и весь остальной дом, была наполнена людьми. Но здесь царили исключительно женщины - готовили еду, раскладывали по тарелкам. Запахи, звуки поющих чайников, закипающего супа, жарящейся ветчины, все говорило о жизни. Дети мешались под ногами, и женщины, с присущим им врожденным шестым чувством материнства, ловко лавировали между детьми, не забывая при случае наставить кого надо на путь истинный.

Под столом похрапывал щенок волкодава - подарок Брианне от отца к ее последнему дню рождения. Сама Брианна хлопотала у плиты, сохраняя на лице и в глазах выражение спокойной грусти.

- Вот тебе тарелка. Возьми, поешь! - Одна из женщин начала поспешно выкладывать еду для Мегги. - Ну же, девочка!

- Я пришла помочь, если нужно.

- Твоя главная помощь - проглотить то, что я положила... Ну и еды вы наготовили! На целую армию. - И без перехода начала, не в первый уже раз, рассказывать Мегги историю, которую та знала наизусть:

- Значит, продал он мне петуха. Как кто? Твой отец. Поклялся, что лучший кочет в графстве и куры будут счастливы всю их куриную жизнь. Все ведь знают, как Том умел говорить, если хотел. За словом в карман не лез. - Не прерывая рассказа, она раскладывала огромные порции еды по тарелкам, одобрительно похлопывала кого-то из детей, усмиряла других, все это в определенном, почти музыкальном ритме. - Ну, и что вы думаете? Этот негодный мерзкий петух ни разу не взобрался ни на одну курицу!

Мегги вежливо улыбнулась и спросила то, что от нее требовалось по негласному правилу, хотя уже заранее знала ответ:

- Что же вы сделали с петухом, которого вам продал мой па, миссис Мейо?

- Я свернула ему шею и приготовила из него тушенку, вот что! Твой отец тоже попробовал ее и очень одобрил. Сказал, что смачнее ничего не едал за всю свою жизнь.

Она засмеялась и еще раз попыталась вручить Мегги тарелку с едой.