— Они не поддельные, — насмешливо пояснил он.

— Но я ведь не эксперт, и не могу быть уверена в подлинности.

— Вам действительно хочется продолжать этот спектакль?

В его голосе она уловила нечто похожее на усталость, и внутри нее стал медленно разгораться костер возмущения. Как видно, он и в самом деле считает, что ее реакция — всего лишь спектакль неуравновешенной истерички, в то время как он не находит ничего сверхъестественного в том, чтобы вломиться в ее дом и подвергнуть такому стрессу.

— Отпустите меня и отойдите.

— Вы намерены воспользоваться этим? — Он насмешливо кивнул на биту. — Вы должны знать, что покушение на человека карается законом.

— Я в курсе, — заверила она. — Но я также знаю о праве гражданина защищать свое жилище, собственность и жизнь от посягательств на них.

Ей показалось, что в его глазах мелькнуло удивление пополам с восхищением, однако в голосе Рида ей опять послышалась насмешка:

— Я обещаю не делать неосторожных движений.

Он сдержал слово, сделав несколько мягких шагов назад и оказавшись в паре ярдов от Дайаны. Только тут она почувствовала, что ее спина совершенно мокрая. Деревянная бита вдруг показалась Дайане неподъемной, и она расслабила напряженные мускулы. Бита глухо стукнулась о пол. Рид продолжал неотрывно смотреть на нее.

— Я не хотел вас пугать.

— Вы это уже говорили. Не знаю, чего вы ожидали, — раздраженно сказала она. — Чтобы я встретила незнакомого человека, вломившегося в мой дом помимо моей воли, с распростертыми объятиями и тут же поверила во все, что он мне наговорил?

Дайана смогла перевести дух и только сейчас, немного успокоившись и вырвавшись из-под власти страха, смогла внимательно разглядеть Рида.

Он выглядел гораздо старше, чем на фотографии, что лежала сейчас между книгами в ее шкафу. Она успела заметить несколько морщинок на лбу, в уголках глаз, углубившиеся носогубные складки, но в его густой шевелюре, черной, как ночь, не было видно ни одного седого волоска.