Хассан не разделял любви своего секретаря к журналистам, даже если они появлялись перед ним в таком прелестном обличий, как Роуз Фентон.

— Что ж, Партридж, раз вы так хорошо информированы, расскажите мне, какие развлечения мой двоюродный брат приготовил для очаровательной леди? — Хассан знал: если в этой женщине что-то и нравится Абдулле, то это ее милое личико и роскошные рыжие волосы, а вовсе не профессиональное мастерство.

— Запланировано несколько мероприятий, — пробормотал покрасневший Партридж. — Прогулка вдоль побережья на яхте, праздник в пустыне, экскурсия по городу…

— О! Да эту журналистку будут принимать, как английскую королеву! — воскликнул Хассан, но сам-то он знал, что Роуз Фентон недолго придется наслаждаться гостеприимством Абдуллы. — Что-нибудь еще?

— Ну, разумеется, будет прием в английском посольстве… — Партридж замялся.

— Я чувствую, самое интересное вы приберегли напоследок. Признавайтесь, Партридж! — потребовал Хассан.

— Его высочество устраивает торжественный прием в своем дворце в честь мисс Фентон, — нерешительно сказал Партридж.

— Боже мой! Ее принимают на государственном уровне! — Это подтверждало все опасения Хассана. — Не слишком ли напряженное расписание для женщины, восстанавливающей здоровье после воспаления легких? Что вы думаете по этому поводу, Партридж?

— Мисс Фентон была больна, ваше Превосходительство, но уже выздоровела. Она тогда провалила трансляцию из Восточной Европы. Я сам видел, как это произошло. Она просто упала перед телекамерой… Сначала я подумал, что ее застрелил снайпер. — Партридж помолчал, потом вдруг озабоченно спросил: — Как она выглядит? Вы видели ее в самолете?

— Лишь мельком. Она выглядела…

Хассан задумался. Ему не сразу удалось найти нужные слова, чтобы рассказать, как выглядела Роуз Фентон. Гофрированный воротник белой блузы оттенял разрумянившееся лицо. Она похудела с тех пор, как он видел ее в «новостях» в последний раз, может быть, поэтому ее темные глаза казались еще больше.