Погода была прохладной, и поверх блузы Роуз надела теплый свитер алого цвета. Казалось бы, рыжеволосой женщине не должен идти алый цвет: алый и рыжий не сочетаются. Но с Роуз Фентон все было наоборот. Алый только сильнее приковывал к ней внимание окружающих.

Оторвав глаза от книги, которую читала, Роуз посмотрела на него с откровенным любопытством. Этот взгляд исключал даже намек на флирт, но говорил о том, что в долгие скучные часы перелета она будет рада его обществу.

Справедливости ради, Хассан должен признать, что был очарован. Присутствие этой женщины в личном самолете двоюродного брата заинтриговало его. Он был не прочь провести время в обществе прелестной дамы, но здравый смысл возобладал.

Встречаться с журналистами небезопасно. Никогда не знаешь, что они о тебе напишут. Хассан давно понял, что завоевать репутацию труднее, чем потерять, тем более что это репутация человека с высоким положением в обществе.

Абдулле, конечно же, доложили бы все об их беседе.

Пусть она лучше продолжает читать свою книгу.

Хассан вдруг понял, что Партридж все еще ждет ответа на свой вопрос.

— Она неплохо выглядела, — раздраженно бросил он.

Выйдя из прохладного зала аэропорта в раскаленный Рас аль Хаджар, Роуз Фентон остановилась. Она медленно вдохнула, и ее измученные долгой болезнью легкие наполнил горячий воздух пустыни.

В лондонских парках уже распустились отважные нарциссы, но настоящая весна еще не дошла до британской столицы. Поддавшись уговорам заботливой матери, Роуз надела в дорогу теплое белье и шерстяной свитер.

— Как ты себя чувствуешь, Роуз? Устала с дороги?

— Не суетись, Тим.

Роуз не хотела, чтобы о ней беспокоились: это напоминало ей о только что перенесенной серьезной болезни. Она стянула с себя свитер.