Черт бы побрал Агнес! Если старик, которого он выбрал в мужья Розамунде, отправится к праотцам, Фрайарсгейт наверняка будет для него потерян!

— Ни в малейшей степени, Генри. Мое здоровье здесь поправилось, — напрямик объявил Хью, прекрасно понимая, что на уме у собеседника, и едва удерживаясь от смеха.

— Я должен снова жениться! — выпалил Генри.

— Что же, это мудро с твоей стороны, — согласился Хью.

— Брат Агнес заявляет, что я должен вернуть ему Оттерли, — признался Генри.

— Нет, он твой. Отец Агнес подарил его дочери в приданое, и она могла делать с поместьем все, что пожелает.

Передай Роберту эти мои слова, ибо именно я составлял бумаги на владение Оттерли. Поищи в ее вещах, и ты найдешь эти бумаги. У Роберта Линдси есть такие же. Он отлично знает, что Оттерли принадлежит тебе, просто решил посмотреть, нельзя ли выманить его хитростью. Я засвидетельствую правду перед любым судом. Если скажешь это шурину, сразу заткнешь ему рот.

— Спасибо! — с благодарностью выпалил Генри.

— А тебе советую после года траура искать другую жену, — жизнерадостно заключил Хью. — Моя кузина была хорошей женщиной. Будет трудно найти другую такую же.

— Я уже выбрал невесту. Пойми, нет времени скорбеть об Агнес целый год. Ты не станешь жить вечно, Хью, а ведь, сам знаешь, я хочу, чтобы мой сын женился на Розамунде.

Даст Бог, парнишка хотя бы пойдет ножками, когда это случится, — откровенно заявил Генри.

— Вот как, — промямлил Хью, не зная, то ли сердиться, то ли забавляться подобным бессердечием. Значит, по бедняжке Агнес некому будет плакать.

— Ее зовут Мейвис, она дочь фригольдера с маленьким владением, граничащим с Оттерли. Отец дает ей в приданое треть своих земель из тех, что примыкают к моим. Мы поженимся после Пасхи. Она молода и, должно быть, плодовита.

— И все же она всего лишь младшая дочь, — проницательно заметил Хью.