Интересно, что он придумал? Недаром они с Эдмундом всю зиму о чем-то таинственно перешептывались.

— Лучше тебе не ведать этого, пока не придет час, — посоветовал Хью. — Таким образом твой дядя не сможет обвинить тебя в сговоре со мной, направленном на то, чтобы обманом лишить его Фрайарсгейта.

— Фрайарсгейт не его и никогда ему не принадлежал! — раздраженно бросила Розамунда.

Хью поднял веки и устремил на девочку строгий взгляд.

— Мы с тобой знаем это, но Генри Болтон до самой своей смерти будет убежден в обратном. Я уверен, что он не остановится даже перед убийством, если посчитает, что оно сойдет ему с рук. Поэтому тебя нужно защитить таким образом, чтобы он не посмел причинить тебе зла. Ты уже не ребенок. И когда твой дядя поймет, что ты стала взрослой женщиной, жди беды.

— А ему ты скажешь, как собираешься меня уберечь? — полюбопытствовала она.

Хью хитро прищурился:

— Ни за что. Но когда он попытается завладеть и тобой, и землями, ты получишь несказанное удовольствие, видя, как он взбесится, уяснив, что и то и другое вне его досягаемости.

— Но как мой дядя узнает, что ты сделал? — не унималась девочка.

До чего же он бледен! И крохотные голубые вены на веках почти почернели.

— Один влиятельный лорд кое-чем мне обязан. Я попросил одного из его людей приехать. Он уже в пути.

Кроме того, Эдмунду все известно, — таинственно пробормотал Хью.

— Надеюсь, ты не устроил очередного брака для меня? — нервно заметила Розамунда.

— Я не имею на это никаких прав, — воскликнул Хью, — и никогда не пойду на такое! Ты сама должна выбрать себе жениха!

— О, Хью, как мне тяжело расставаться с тобой. Знаешь, я вправду тебя полюбила. Не так, как женщина мужчину, я ничего не знаю о подобной любви, но все равно люблю тебя. С того времени как умерли мои родители, я еще никогда не была так счастлива, как с тобой! — призналась она.