— Рыцарь — и не важен? — недоуменно протянула она.

Сидевшие за столом мужчины слушали так же внимательно, как сама Розамунда. Только Генри уже совершенно ничего не соображал. И Эдмунд, и Ричард, хотя и радуясь, что Розамунда избавилась от Генри, гадали, правильное ли решение принял Хью, отдав жену под защиту незнакомых людей. Они дружно подались вперед, жадно ловя каждое слово сэра Оуэна.

— Как и ваш покойный муж, я всего лишь младший сын у отца. Самый младший. Мать умерла, дав мне жизнь.

Отец скончался, когда мне было тринадцать. Мое семейство живет в Уэльсе. Я служил у Джаспера Тюдора, дяди короля, с шести лет, сначала пажом, потом оруженосцем.

После битвы при Стоуке меня посвятили в рыцари, — Сколько лет вам было тогда? — поинтересовался Эдмунд.

— Чуть больше пятнадцати.

Эдмунд и Ричард переглянулись и молча согласились, что этому спокойному, мягкому человеку можно доверить заботу о Розамунде.

— Вы, должно быть, устали, сэр, — заметила девушка, вспомнив свои обязанности хозяйки. — Один из слуг проводит вас в спальню. Мы рады видеть вас во Фрайарсгейте.

Отвернувшись, она приказала слуге:

— Отведи моего дядю в его покои, Питер, а потом возвращайся и уложи моего кузена в постель. Добрые господа, я оставляю вас допивать вино. День для меня выдался долгим и печальным.

Она поднялась, присела в реверансе и тихо удалилась.

— Она всю ночь молилась у гроба мужа, — заметил Эдмунд сэру Оуэну.

— Она добрая христианка, сэр, — вторил Ричард.

— Однако слишком молода, чтобы так хорошо сознавать свой долг. Ей же всего тринадцать! — воскликнул Мередит.

— Исполнится в последний день месяца, — кивнул Эдмунд.

— Мать короля овдовела в тринадцать, будучи на шестом месяце беременности, — пояснил сэр Оуэн. — Леди Маргарет — женщина удивительная. Думаю, в то время она очень походила на вашу племянницу.