– Она еще младенец, Макс, а близнецы обычно меньше других детей. Но ты ее не бойся. Дети на редкость крепенькие. Либби, скажи «па-па».

«Папа»?

– Мам-мам, – сказала Либби и схватила его за нос.

– Ух. – Он этого не ожидал.

– Либби, осторожнее. – Джулия отцепила пальчики от носа Макса и посоветовала ему прижать девочку к бедру. Потом посадила ему на другую руку Аву. – Вот, держи. Твои дети.

Он переводил взгляд с одной крохи на другую. Они похожи как две капли воды. Как же Джулия их различает? И еще... они пахнут по-особому. Такого запаха он никогда раньше не вдыхал. Сладкий и чистый...

Ава потянулась к Либби, потом обе заулыбались и уставились на него. У них были ясные голубые глаза такого же цвета, как его собственные. Они улыбались ему совершенно одинаково, и он... сразу их полюбил.

– Ты бы сел, – сказала Джулия прерывающимся голосом.

Она придвинула ему стул. И вовремя, так как ноги Макса не держали. Девочки с изумлением – кажется, радостным – хлопали его по лицу, дергали за уши, пытались отвинтить нос. А он, ошеломленный, сидел и покорно позволял все это с ним проделывать. Когда он поднял голову и посмотрел на Джулию, то она увидела, что его глаза светятся не только любовью к детям, но и гневом. Такого сильного гнева она у него никогда не наблюдала.

Он ее ненавидит! Джулия отвернулась, едва сдерживая слезы.

– Я поставлю чайник, – сказала она, чтобы чем-нибудь заняться.

Девочки захныкали, и она забрала от Макса Аву.

– Ну-ну, любимая, – уговаривала она дочку. Голос у нее прерывался и дрожал. Ава начала тянуть ее за джемпер, и Джулия поняла, что детей пора кормить. Груди у нее покалывало. А как быть с Максом? Он сидел и наблюдал за ней из-под полуопущенных век.

– Мне нужно их покормить, – сказала она.

– Я тебе помогу.

– Интересно, чем? У тебя нет ссответствующего оснащения.