Вероятно, Фиона так много выстрадала за эти несколько дней, что чувства ее обострились до крайности и она сразу поняла, в чем дело. Со спокойной уверенностью она спросила:

— Дин вернулся?

Несколько месяцев назад Робин серьезно поругалась со своим женихом Дином, и Дин уехал к себе в Канаду.

— Да, Фиона, он вернулся. Прилетел два дня назад. Все встало на свои места. Это было недоразумение, никто не виноват. Дин сказал, что не может рисковать еще раз. Что, дескать, если уж мы ссоримся, то можем ссориться и после свадьбы. Она будет тихая, без всякого шума. По особому разрешению. А потом мы тут же летим в Канаду. Я просто ума не приложу, что делать с этой работой в Новой Зеландии, о которой я договорилась. Что, если...

— Ты подумала, не соглашусь ли я на нее? Разумеется, соглашусь.

Неожиданная удача чуть не повергла Робин в панику.

— Но Фиона, я насела на тебя. Это, наверно, нечестно... А вдруг ты пожалеешь.... хотя, конечно... — И она так же внезапно остановилась.

Фиона улыбнулась:

— Ты хотела сказать: «Хотя, конечно, в твоем случае надеяться не на что». Мне надоело, что, говоря со мной, люди всякий раз останавливаются на полуслове. Да, Робин, что было, то было, я это приняла, и ничто меня здесь не держит. Так что насчет этой работы в Новой Зеландии? Я помню, ты что-то мне о ней говорила, но я последнее время жила как во сне и толком ничего не поняла. Разве какой-то родственник этих людей, к которым ты должна была ехать, не был в Эдинбурге и не разговаривал с тобой? Не могла бы я встретиться с ним и представиться, чтоб он сам решил, могу ли я заменить тебя?

— Все не так просто, Фиона. Ситуация усложнилась. Несколько недель назад со мной действительно провел собеседование брат моего работодателя. Он здесь по поводу какого-то проекта, кажется инженерного, если не ошибаюсь. Он все устроил, затем вернулся на континент, а на прошлой неделе возвратился сюда, чтобы довести дело с моей поездкой до конца — заказать место в самолете и все прочее.