- Надеюсь, что ты права. - Клер опустила глаза и посмотрела на свои крепко сцепленные руки. Ее отец был горячо любим всеми методистами Южного Уэльса, и немалая часть этой любви и благоговения, которые он вселил в их сердца, перешла по наследству к Клер. Будучи дочерью преподобного Моргана, она пользовалась в местном обществе куда большим уважением и влиянием, чем ей могли бы дать её собственные заслуги... Снова подняв голову, она сказала:

- Граф Эбердэр вернулся в усадьбу. Сегодня я ходила туда с просьбой использовать его влияние для помощи деревне.

На лице Эдит Уикс, которая всегда и обо всем имела свое особое мнение, изобразился ужас.

- Как! Ты говорила с этим человеком?! Но, дорогая моя, разве это благоразумно?

- Наверное, нет, - ответила Клер и коротко изложила суть сделки, которую заключила с графом Эбердэром. Она не стала рассказывать, что сейчас чувствует и как при встрече с нею вел себя граф; умолчала девушка и о том, что по условиям их договора она должна будет позволять ему целовать себя один раз в день. И уж тем более не решилась Клер поведать духовным братьям и сестрам, как бурно откликнулась на прикосновения Никласа её грешная плоть. Лишенный всех этих деталей, рассказ не занял много времени.

Закончив его, Клер увидела, что друзья смотрят на неё широко раскрытыми глазами и все взгляды - одни в большей, другие в меньшей степени - выражают негодование я беспокойство.

Первой заговорила Эдит Уикс. - Ты не можешь на это пойти! - решительно отрезала она. - Это непристойно. Это тебя погубит.

- Возможно. - Клер с мольбой простерла руки к своим старым друзьям. - Но вам ли не знать, как обстоят дела на шахте? Если существует хоть малейшая надежда, что граф Эбердэр может изменить положение к лучшему, я просто обязана попытаться склонить его оказать нам помощь.

- Но не за счет же твоего доброго имени! Незапятнанная репутация - это самое ценное, что есть у женщины.