— Нет, мадам Эркюлье. Никаких бесед. Сейчас мы сделаем вам укол, чтобы вы спокойно уснули. А все вопросы вы решите потом, когда окончательно поправитесь.

— Да, Линда. Я никуда не денусь. Буду с тобой все время. Разговоры подождут до твоего выздоровления.

— Бетти, дорогая, ты же ничего не знаешь… Ответь, хотя бы на один, самый важный для меня, вопрос. Они живы?

— Да, Линда. Живы и нормально себя чувствуют.

— Слава тебе Господи! Живы!

Медсестра подошла к больной и сделала, несмотря на все ее протесты, укол снотворного. Линда еще пыталась что-то сказать, но лекарство подействовало почти мгновенно. Глаза Линды закрылись, и она погрузилась в спокойный глубокий сон.

На этот раз Элизабет проявила настойчивость и не позволила удалить себя из палаты. Ей поставили раскладушку и разрешили остаться с больной.

— Спи, моя дорогая. Тебе не надо ни о чем беспокоиться. Я тебя защищу, — прошептала Элизабет, склонившись к сестре.

Нежная сестринская заботливость была прервана телефонным звонком. Черт бы побрал эти мобильники! — подумала Элизабет, но все-таки ответила неизвестному абоненту.

— Мадемуазель адвокат, — услышала Элизабет. — Добрый вечер! Это Тедди Уорнфолд. Вы просто неуловимы. Я, конечно, уважаю право человека на уединение, но в создавшейся ситуации не кажется ли вам, что нам надо встретиться?

— Да, но не сейчас.

— А вот в этом я с вами не согласен, даже, напротив, настаиваю на встрече. — В его голосе звучала легкая насмешка.

Элизабет испугалась, что решительный отказ с ее стороны может как-то осложнить дело сестры.

— Хорошо. Встретимся в кафе, что около метро «Порт Сен-Уен», слева со стороны бульвара Бессьер.

Элизабет специально выбрала место встречи недалеко от больницы, чтобы не тратить времени на дорогу и подольше остаться у постели сестры. Это кафе она знала, так как неоднократно проходила мимо, добираясь в больницу, и посчитала его неплохим местом для свидания с адвокатом.