Ты спрашиваешь себя, не позвонить ли Артуру на работу, но тут же отвергаешь эту идею. Ему потребуется около часа, чтобы добраться домой, а этого времени у тебя нет. Дорога в Авери займет почти четыре часа, что само по себе настоящее испытание. Ты также знаешь: если ты позвонишь Артуру, он, скорее всего, тут же обратится к Томми, вашему юристу, и ты инстинктивно чувствуешь, что это нежелательно. Вначале ты должна увидеться с сыном наедине.

Ты встаешь со скамьи. Что тебе нужно? Ответ: почти ничего. Пальто уже у тебя на плечах, сумочка в руках. Тебе ничто не мешает немедленно отправиться в путь, кроме необходимости забежать на минутку в ванную, где ты замечаешь, как у тебя дрожат руки.

Где будет Роб к тому моменту, когда ты доберешься до Западного Вермонта? Возможно, он все это время проведет в кабинете директора? Или его запрут в комнате, взяв под своего рода домашний арест? Привлекут ли к делу полицию? Все эти вопросы ты могла задать по телефону, если бы сразу собралась с мыслями, что тебе не удается до сих пор.

Ты садишься в машину и сдаешь назад. Выехав на улицу, ты разворачиваешься, и перед твоим мысленным взором, подобно стайке мальчишек на велосипедах, вдруг проносятся новые картинки. Роб на роликовой доске, у него на голове большой шлем, а длинные рукава футболки обрезаны и забавно болтаются. Его личико выглядывает из горы плюшевых игрушек на полудетской. Плохо подстриженный мальчик в съехавшем набок желтом галстуке бойскаута-волчонка»

Ты вспоминаешь, что забыла позвонить дерматологу. Интересно, пришлют ли тебе счет за неявку на осмотр? Мобильный лежит в сумочке, еще не поздно перезвонить, но даже мысль о том, что его надо оттуда извлечь, а затем найти в нем нужный номер, и все это за рулем, не отрывая глаз от дороги, кажется тебе невыносимой. И что, собственно, ты скажешь в свое оправдание? «Мой сын попал в худшую передрягу в своей жизни»?