— Улыбайся, дура!

Анна с ужасом наблюдала, что граф действительно направляется к ним. Его глаза искали ее. И она сразу все поняла. Она развернулась и направилась к выходу — где с помощью локтей, где обходясь улыбкой, все-таки перехитрила его: несмотря на всю его внушительность, Эллиоту понадобится много времени, чтобы протиснуться через жернова мамаш с висящими на них дочерьми.

Так или иначе, Анна первой оказалась в фойе. Выскочила на крыльцо и махнула рукой, подзывая экипаж. Ей пришлось ожидать, пока экипаж развернется и подъедет. Наконец! Она уже собралась было сесть в него, как чья-то сильная рука ухватила ее чуть выше локтя. От неожиданности она оступилась и потеряла туфельку. Она уже знала, что это он.

— Спасаетесь бегством? — спросил граф. — Не очень-то похоже на вас. Обычно вы рветесь в бой.

— Но только не с вами, — ответила она, балансируя на одной ноге.

Его темные глаза находились так близко, что ее сердечко затрепетало. Но внешне она выглядела невозмутимой.

— Найдите мою туфлю.

Казалось, он забавлялся ситуацией и ее беспомощностью.

— В одной туфле, мисс Тракстон, вы выглядите еще лучше.

Анна вслед за ним посмотрела на одиноко лежащую туфельку.

— Вы правы, — сказала она и сделала попытку освободиться из его рук.

Энтони поднял туфлю и повернулся к Анне.

— Наденьте ее в карете.

Он подсадил ее. Этого оказалось достаточно, чтобы она почувствовала себя маленькой и слабой. Он сел напротив, и она поняла, какой он большой и крепкий. К тому же от него исходил странный запах, который, к ее стыду, ей нравился. Чуть ли не обессилено она откинулась на спинку сиденья.

— Позвольте

Его пальцы обхватили ее лодыжку. «Если он и дальше будет себя так вести… « — лихорадочно подумала она и от стыда прикрыла глаза. Хорошо еще, что был вечер и в экипаже было темно.

Он же решил, что обладательница такой изящной ножки должна быть потрясающе сложена и что, разумеется, это признак знатного рода.