— Я забочусь о нашей семейке всю жизнь. Справлюсь и с племянниками. — Граф Грейли насмешливо приподнял бровь: — Полагаю, ты сообщишь Маркусу о моем несчастье?

— Как старший брат он все хочет знать. — Брендон, поколебавшись, положил брату руку на плечо, посерьезнел и высокопарно произнес: — Энтони, хотя ты никогда не просил помощи, хочу, чтобы ты знал: если понадобится, мы все к твоим услугам. Сент-Джоны всегда поддерживают друг друга.

— Я не Сент-Джон, — заметил граф сухо.

Брендон неодобрительно нахмурился и сжал плечо Энтони. Он не верил, что Энтони искренен. Виной всему семейная гордость.

— Ты рос как Сент-Джон, и ты Сент-Джон.

Энтони воспитывал приемный отец, потому что его родной отец умер, когда он был еще ребенком. Его мать и ее новый муж очень любили друг друга, и скоро в семье стало четырьмя мальчиками и одной девочкой больше. Разумеется, Энтони любил братьев и сестренку, но всегда помнил, что он не из их круга.

— Брендон, — сказал он, — спасибо, что пришел. Полагаю, я должен тебе что-то взамен?

В голубых глазах Брендона вспыхнули веселые искорки.

— Конечно, раз уж затронули эту тему.

Он добрался до жилета и извлек толстое серебряное кольцо, богато украшенное гравировкой.

— О Боже, кольцо матери! — воскликнул граф Грейли. Их мать верила, что владелец кольца-талисмана обретет себе верного спутника жизни. Ее сыновья, однако, иначе смотрели на это. Еще в детстве кольцо нарекли «семейным проклятием» и с тех пор старались при случае всучить его друг другу.

— Я думал, что это «наказание» у Чейза.

— Так и было. Я нашел его в одном из своих сапог для верховой езды после его визита на прошлой неделе.

— Когда поедешь к нему в следующий раз, положи кольцо в его сапог, — посоветовал граф Грейли.

— Да. Я вообще-то надеялся, что это сделаешь ты. Он не даст мне провести себя.

Граф Грейли стоически вздохнул. Обычно он держался в стороне от этой семейной игры, поскольку на Эллиотов кольцо не действовало. Тем не менее сейчас он готов был поддержать Брендона в этой бесконечной шутке.