Ребенка уже с месяц, как крестили, когда граф Роберт наконец вернулся в Йесм. Молодой матери передали, что он скачет в Фале в сопровождении большой свиты.

Герлева и Дуксия тотчас бросились лихорадочно готовиться к встрече, разбрасывая свежий тростник и стирая серый пепел, разнесенный по всему полу от очага с сосновыми поленьями, находившемуся посреди залы. Малыша одели в платьице, сотканное собственноручно матерью, а сама она облачилась в голубой наряд, опоясав бедра подарком графа. Даже Фулберта заставили сменить привычную кожаную тунику на парадную из тонкой шерсти, а Вальтера послали проследить, достаточно ли припасено вина и ячменного пива, чтобы граф мог освежиться с дороги.

Едва все эти приготовления были закончены, как громкий топот копыт и звон бубенцов на конской сбруе возвестили о приближении графа. Фулберт и Вальтер поспешили навстречу и встретили кавалькаду уже у самого входа. Милорд в прекрасном настроении прибыл в сопровождении нескольких знатных сеньоров и множества слуг.

Граф скакал на черном жеребце. Роберт Великолепный был красивым мужчиной с изящными руками; его некрупная голова гордо венчала шею. Когда распахнулась пурпурная королевская мантия, застегнутая на правом плече большой брошью из оникса, стала видна красная туника, расшитая зубчатым орнаментом, и меч на боку. Золотые браслеты в дюйм шириной украшали его запястья. Откинутый капюшон мантии обнажил непокрытую голову с черными как вороново крыло, коротко остриженными по нормандской моде волосами.

Роберт спрыгнул с коня, а Вальтер, преклонивший колено при встрече, быстро вскочил, чтобы подхватить поводья. Граф фамильярно похлопал его по плечу, как обычно хлопал тех, кому доверял, и приветливо поздоровался с Фулбертом. Затем повернулся к соскочившим с коней следом за ним знатным господам и воскликнул: