— Вы незнакомы? Как романтично! В вашем доме объявился прекрасный незнакомец.

Из столовой доносился шум удавшегося банкета. Закипали чайники, заварка уже поспела. Хозяйка резала на кусочки слоеный торт с яблочным желе, Ирина десертной лопаточкой укладывала их на плоский дубовый круг, схваченный серебряным чеканным ободом с двумя витыми ручками. Потом пришла очередь пахлавы, пирога с лимоном. Капустный был давно уже на столе и сейчас под водочку гости доедали его крошки.

— Ах, Настенька, — прослезилась Ирина, — помнишь, как все меня баловали!

— Помню, голубка моя.

— И песню в мою честь сложили. Один сокурсник. Тра-ля-ля, тра-ля-ля…

Она украсила вазу с мороженым мелкими ягодами, полила ликером, и поставила на поднос вместе с розетками.

— Ну, неси, покрасуйся перед всеми.

— Ах, Настя! О чем ты говоришь…

— Не паникуй, Иришка, все еще будет… Неси, неси.

Ирина расставила розетки, опустила на середину стола вазу с мороженым.

В столовой раздались аплодисменты.

Она вернулась на кухню, и Насте вновь пришлось выслушивать ее воспоминания. Беда с подвыпившими подругами! Только бы не расплакалась окончательно.

— Однажды Сережа приехал на съемки, — говорила Ирина, — и вошел с гитарой. А его не было недели три. А я… вот любовь-то! я — ах! и сползла по стенке. Любовный обморок, подумать только!

На кухню осторожно заглянул Виталий. Не увидев соперников, он ободрился, сделал обиженное лицо.

— Это нечестно, — протянул капризно. — Все меня бросили, а мне скучно. С кем я танцевать должен?

И увлек Ирину в коридор.

Музыка звучала по всей квартире. Балконная дверь была открыта, над горбатыми крышами светилось ранне-вечернее небо. Можно было пойти погулять внизу по маленькому скверику и вновь вернуться к столу, к пирогам и чаю. Шумной гурьбой гости спустились по лестнице, захватив с собой ракетки и воланчик.