Вечером того же дня Джейн допоздна засиделась на веранде. Негромко играла музыка. Она, устремив мечтательный взгляд на кроваво-красную луну, край которой появился над морем, слушала трансляцию концерта инструментальной музыки. Темный бархатный небосвод был усыпан звездами, которые собирались в созвездия, вытянутые широкой полосой, мерцающей алмазным блеском.

Джейн, плененная величественной картиной, прислушивалась к звукам гитары и безмолвно наблюдала, как луна поднимается в ночном небе и меняет свой цвет, становясь светлее и ярче. Дети уже спали, сеньора уехала навестить своих друзей и поболтать о том о сем, Хорхе где-то пропадал со своими приятелями, а Луис Капдевила задержался по делам в соседнем городке.

Был уже час ночи. Легкий ветер с моря стих, и стало душно. Море застыло черной зеркальной гладью, через которую дрожащими блестками пролегла лунная дорожка. Джейн, удобно устроившись в шезлонге, наслаждалась очарованием ночи и проникновенной лирической музыкой. На ее душу снизошел покой, и она подумала, что никогда еще не чувствовала себя такой счастливой. Глубоко вздохнув, она провела рукой по мягким волосам и стала перебирать пальцами шелковые пряди. Повсюду разливался аромат цветов из сада, который усилился с опустившимся ночным безветрием.

Ей казалось, что она перенеслась в иной, сказочный мир, полный волшебства и загадок, и что море заботливо укачивает ее на ласковых волнах, навевая сон. Душа Джейн была спокойна, но ее сердце испытывало тревожное томление. Девушка еше раз вздохнула и медленно потянулась, вытянув руки над головой. Ее тело напряглось, затем она выдохнула воздух и расслабилась.