– Не трогайте его! – процедила я сквозь стиснутые зубы. – Уберите руки.

Он посмотрел на меня в упор, у меня мурашки пробежали по спине от цепкого немигающего змеиного взгляда.

– Девушка, есть вещи, которые не стоит произносить вслух. Берите своего дедушку и ступайте домой. Не создавайте себе проблем.

Я с трудом подавила отчаянное желание расцарапать бесстрастную физиономию неизвестного или просто обложить его трехэтажным матом…

– Между прочим, у нас гласность, – прошипела в ответ.

– Что он сказал? – не расслышав, нетерпеливо допытывался дед.

– Сказал, что все это ненадолго, временная мера. Через несколько месяцев можно будет забрать остальное, – подхватывая Георгия под локоть, ответила я как можно убедительнее. – Пойдем.

– Правда, скоро отдадут? – услышав мое вранье, с робкой надеждой переспросили из очереди.

Я молча толкнула на выход стеклянную дверь банка.

Пронизывающий ветер бросил в лицо пригоршню колючего снежного порошка.

– Погодите расстраиваться, может, это действительно временная мера и потом вернут остальное? – оптимистично предположила мама. – Не может же быть, чтобы вот так – раз, и отняли. Мы же не в диком Средневековье живем, существуют законы…

– Как ты наивна, Таня, – с горечью произнес Георгий. – Это хуже, чем в Средневековье, тогда одних вера останавливала, страх перед Богом, других – кодекс чести… А сейчас ничего нет. Они ничего не вернут, я им не верю. Я стар, но не глуп. Нас снова обобрали. Как в анекдоте: приходят красные – бьют, приходят белые – тоже бьют… Сволочи…

– Не в деньгах счастье, – сказала я, кусая губы. – Пусть подавятся.

Что еще я могла сказать?

Беременность

Мой женский цикл не отличался пунктуальностью, потому я сперва не придала очередной задержке большого значения. Но по истечении шести безрезультатных дней все-таки купила тест на беременность и воспользовалась им ранним субботним утром. Тест приговорил – две полоски.