Даниель молча проглотила оскорбление и продолжала наблюдать, как летит на траву содержимое с таким трудом упакованных ею сумок.

– Скажи-ка, милая, ты действительно думаешь, что посреди прерии тебе будет куда втыкать вилки? Насколько мне известно, розетки на кактусах не растут, а койотам глубоко плевать на твою косметику, будь даже она куплена у «Диора». И если ты и в самом деле полагаешь, что без пудры и туши обойтись никак нельзя, то тебе лучше подобрать свои шмотки и отправиться назад в Беверли-Хиллз, иначе это путешествие обернется для нас обоих сущим кошмаром. По крайней мере тебе «сладкую жизнь» я гарантирую. Пойми, это не поход в кино, а трудное путешествие, полное опасностей, они подстерегают новичка на каждом шагу. И потом, у меня совсем не будет времени нянчиться с тобой и целым выводком избалованных, расфуфыренных кукол, которые понятия не имеют, во что ввязались.

Даниель вздохнула и, сохраняя, как ей казалось, олимпийское спокойствие, заявила, глядя ковбою прямо в глаза:

– Ну а кто кому гарантирует «сладкую жизнь», еще большой вопрос. И еще – вам следует подучить географию. Мы из Денвера, а это довольно далеко от Беверли-Хиллз.

Даниель не собиралась признаваться ему, что еще десять минут назад она испытала чувство, похожее на отчаяние. Все, чего она хотела, так это чтобы он перестал так нагло ухмыляться. Она вдруг поняла, что Коди Уокер просто издевается над ней, надеясь, что она отчается и уедет вместе «со всем своим выводком». Что ж, зря надеется: ему не удастся от нее отделаться.

Ее «выводку» полезно пожить здесь. Конечно, эти девчонки из богатых семей имеют все, что только можно купить за деньги, и ничего из того, что по-настоящему важно в жизни, например любовь и внимание отца и матери. С детства слишком избалованные дети слишком занятых родителей привыкают ходить по магазинам и, размахивая папиной или маминой кредитной карточкой, покупают дорогие наряды, которыми потом хвастаются друг перед другом в школе.