– А в этом экипаже вы будете путешествовать. Можете отнести туда свои вещи.

И тут Даниель окончательно пала духом. Не слушая ее гневных окриков, девочки с визгом бросились к злосчастному фургону. Когда Даниель наконец дотащила туда свой багаж, на лужайке у фургона уже возвышалась беспорядочная гора чемоданов, сумок, рюкзаков и саквояжей. Боясь опоздать к началу лагерных конкурсов и развлечений, ее скауты решили, что разберутся в своих пожитках позже. Даниель поняла, что придется сделать это самой. Закатав рукава, она с усердием принялась за работу, сочиняя для своих подопечных к ужину проникновенную речь на тему «Как следует вести себя вдали от родного дома». Ее абсолютно не радовала перспектива провести ближайшие четырнадцать дней в качестве няньки десяти непослушных, неугомонных подростков.

Вход в фургон возвышался над землей настолько, что Даниель не могла просто закинуть внутрь громадные сумки. Пришлось разгребать содержимое неподъемных девичьих чемоданов, и ее подозрения подтвердились: ненужная косметика, утюги на батарейках, CD-плейеры, коробки конфет и ворохи подростковых журналов. Когда Даниель управилась с багажом, она была вконец измотана. Усевшись возле вагончика, она со вздохом облегчения сняла надоевшую шляпу и провела рукой по волосам.

Обычно хладнокровный и невозмутимый, Коди Уокер чуть было не упал с лошади, решив, что у него начались галлюцинации, когда увидел неизвестную особу с огненно-рыжей шевелюрой, тщетно пытающуюся втащить огромную сумку в фургон. Внимательное наблюдение за странной незнакомкой не улучшило его самочувствия.

– Господи, ну почему именно я? – С немым укором Коди взглянул в чистое, девственно-голубое небо Вайоминга. Разве не достаточно того, что Молли уговорила его стать гидом для семидесяти хихикающих девиц, так теперь еще придется возиться с чьей-то сумасшедшей мамашей, которая, видимо, решила обрести вторую молодость, покрасив волосы в абсолютно дикий цвет, словно она прибыла в лагерь поклонников рок-н-ролла.