Роланд первым прервал общее молчание. Видимо, поразмыслив над возможностью побега в Шотландию вместе со своей возлюбленной, он нашел дело бесперспективным.

– Этот план совершенно безнадежен, – печально сказал он. – Леди Линли установила за Дженни настоящую слежку, ей не позволяют одной покидать дом. Нам сказала это сегодня утром ее верная горничная, которая принесла письмо. Уже решено отправить ее из города в поместье.

– Но ведь в поместье, – воодушевилась Каролайн, – Дженни будет легче, чем в Лондоне, ускользнуть от бдительного надзора.

Роланд покачал головой:

– Она могла бы убежать оттуда, Каро, но мы слишком известны в наших местах, чтобы бегство прошло незамеченным. Меня волнует вовсе не сам план побега, а преследование, которое неизбежно. Ты только представь, какой ужас, если нас настигнут, как каких-то преступников!

– Да, это было бы чудовищно, – поспешно откликнулась Каролайн, – к тому же за вами могут послать погоню. Пусть даже Реджинальда, например, и не окажется рядом, но есть еще дядя Джон. Если по счастливой случайности и он не сможет преследовать вас, ее милость была бы не ее милостью, если сама не помчится за вами по пятам.

Капитан Уайльд мрачно кивнул:

– Такая перспектива страшит меня больше всего. Реджинальду или его дяде я еще смог бы противостоять, если бы это потребовалось, но не ее милости.

– Есть еще одно обстоятельство, которое вы оба упустили, – прервала их Летишия. – Обо всем может узнать мистер Рэйвиншоу, и тогда уж он сам займется этим вопросом.

– И все-таки, – задумчиво произнесла Кэролайн, – будет лучше, если он узнает о вас всю правду. Тогда никто не станет обвинять его в разрыве помолвки, ни один мужчина не способен соединить свою судьбу с той, чья привязанность к другому столь очевидна.