В коридоре все замерли и замолчали, внимательно вслушиваясь. Неточности заметили не только студенты, но и те, кто сидел внутри. Девушке стали задавать вопросы.

— Что тут происходит? — в тишине вопрос прогремел, как гром, так что вздрогнули все, даже профессор Ковальский. — Вы что, подслушиваете? Это недопустимо. Профессор, какой пример вы подаете студентам?

— Don, leck mich am Arsch(нем.) Дон, поцелуй меня в задницу, — отмахнулся Ковальский.

— Не смейте со мной так…. - от возмущения Дон даже не смог закончить фразу.

— Shut up. Заткнись, — цыкнул Ковальский. В кабинете плакала свидетельница, по обрывкам слов Даша поняла, что она ничего не видела, а соврать её заставила Мэри Джеймс, чем-то угрожая. После реплики какого-то мужчины, в которой Даша поняла только имя мужа, студенты разом громко закричали и запрыгали, всячески выражая свой восторг.

— Стив! — Даша радостно кинулась на шею выходящему из аудитории мужу. В коридоре все замерли, ошеломленно уставившись на неё.

— Даша? Что ты тут делаешь? — Стив улыбался. — Обвинения сняты, — он поцеловал жену в губы.

— Стив, ты с ума сошел, — стараясь прикрыть Стива с Дашей своим мощным телом от тех, кто был в коридоре, зашипел профессор Ковальский.

— Матеуш, это моя жена, могу целовать, сколько захочу, — засмеялся Стив.

— Жена? Я думал, вы студентка.

— Жена! — Стив снова поцеловал Дашу. — А откуда тут столько народу?

— Это твоя группа поддержки, — улыбнулась Даша. После того, как Матеуш, громко захохотав, перевел её слова на английский, от смеха студентов задрожали стены. Вместе со студентами смеялись и те, кто входил в состав комитета по этике. Не смешно было только Мэри Джеймс, которая не могла выйти из кабинета, потому что в дверях стояли люди. Улыбка сошла с лица Даши, когда она заметила девушку.

— Паскуда, — только и смогла зло бросить она. Сейчас Даша очень жалела, что никогда не могла ударить человека, этой самодовольной девице начистить рожу бы стоило.