Тонкие подошвы лакированных туфель Альдо позволили ему бесшумно подняться наверх. Достаточно просторная лестничная клетка была обильно разукрашена цветной мавританской керамикой, подобранной под вкусы Ренессанса. Князь добрался до нужной комнаты и застыл на пороге с гримасой разочарования: кто-то опередил его, кто-то уже стоял перед портретом королевы Испании Хуаны, матери Карла V, которую прозвали Безумной.

Изумительное полотно мастера, создавшего «Легенду о Магдалине», было написано в ту пору, когда дочь их католических величеств короля и королевы Испании была еще совсем юной и слыла одной из самых прекрасных принцесс Европы. Роковая любовь, приведшая ее к безумию, еще не увлекла девушку. Что же до женщины, стоявшей перед картиной и гладившей раму, ее силуэт странно походил на силуэт той, что была изображена на портрете. Наверное, потому, что она была одета и причесана так же – по моде XV века.

Морозини подумал было, что незнакомка постаралась одеться пооригинальнее – ведь вечер был посвящен Гойе. Наряд дамы был поистине роскошен: платье и головной убор пурпурного бархата, шитого золотом, – одеяние, достойное принцессы. Сама же она показалась князю молодой и красивой.

Тихонько придвинувшись поближе, Альдо заметил, что длинные ослепительной белизны пальцы уже оставили раму и теперь прикасались к драгоценности на шее Хуаны – неограненному рубину в ажурной золотой оправе. Незнакомка ласкала камень, и наблюдателю почудилось, что он слышит стон. А ведь именно ради этого украшения князь-антиквар и оставил праздник – формой и размером рубин напомнил ему другие камни...

Заинтригованный, придя в сильное волнение, Альдо двинулся было вперед, но тут незнакомка услышала его шаги и обернулась. Это было одно из прекраснейших лиц, какие князь когда-либо видел: совершенный овал, удивительная матовая бледность, непостижимая глубина огромных темных глаз, таких больших, что, казалось, незнакомка носит маску. И эти глаза были полны слез.