На объявления о пропаже рубинов поменьше он не обращал внимания. Большинство из них имели современную огранку. Некоторые, правда, являлись семейными реликвиями. Возможно, и рубины Монтегю, из которых Фейт собиралась делать ожерелье, были из одного из длинных списков украденных семейных реликвий. Но Уокер в этом сомневался. Рубины пропадали в разное время – на прошлой неделе и тридцать лет назад, причем в двадцати трех странах мира. Но нигде не упоминалось о четырнадцати превосходных рубинах больше одного карата. Да, ничего не скажешь, хорошая работенка. Одно удовольствие.

Уокер выскреб остатки макарон из картонки, выпил пива и отправился на сайт, в который он частенько заходил. Он принадлежал международной организации, которая занималась продажей драгоценностей. Уокер ввел запрос о рубинах.

Компьютер выдал сорок два ответа, и он быстро просмотрел их. Большей частью речь шла о рубинах, размер которых был чуть больше тех, что покупают туристы в тайских магазинчиках. Плохая огранка, сомнительные камни. Внимание Уокера привлек рубин, на длинной плоской грани которого был вытравлен улыбающийся Будда. Так и есть, в цене камня чересчур много нулей. По крайней мере на два больше, чем надо.

– Все одно и то же, – пробормотал Уокер. За три месяца, что он провел в Афганистане, здесь мало что изменилось, Уокер стал «пролистывать» список менее дорогих вещей. Но абсолютно ничего из того, что он увидел на экране, его не заинтересовало.

Он отвлекся от компьютера и стал думать, чем бы ему заняться перед сном. Он боялся ставшего уже привычным ночного кошмара. Уокеру снилось, что ему прикладами разбивают голову. Он бы хотел прочитать несколько книг, но из-за смены часовых поясов голова явно не была в том состоянии, чтобы воспринимать какую-либо информацию.