По прошествии нескольких минут из трубки донесся тот же голос служанки, и мысли Теи вернулись из прошлого в настоящее.

— Сожалею, но Арнольд Флойд отдыхает. Может, вы побеседуете с его сыном?

Тея удивилась: ее даже не попросили представиться. Подобные Паулю люди — промышленники столь высокого полета, как он, — обычно не общаются по телефону неизвестно с кем.

— Хорошо, я поговорю с ним, — ответила она.

Спустя несколько секунд до нее донеслось:

— Я вас слушаю.

Ее обнаженные до локтя руки покрылись гусиной кожей, к лицу прилила кровь.

— Мистер Флойд, здравствуйте! — взволнованно заговорила она. — Думаю, вы меня не помните... Но дети — Патрик и Анжела — они сейчас у меня. Наверное, вы уже заметили, что их нет дома? — Ее сердце билось тревожно и громко, казалось, его стук заглушает сбивчивую речь. — С ними все в порядке. Пожалуйста, не беспокойтесь.

— Мне бы хотелось убедиться в этом, то есть услышать их голоса, — сдержанно заметил Пауль.

Тея, ожидавшая от него совершенно другой реакции, с облегчением вздохнула и протянула Патрику трубку, многозначительно кивнув на нее.

Тот сделал протестующий жест, демонстративно поднялся с кресла и, отойдя к дальней стене, прислонился к ней спиной и скрестил руки на груди.

Тея нахмурилась и вновь приставила трубку к уху.

— Видите ли, мистер Флойд... — пробормотала она, быстро придумывая, что сказать. — Сейчас не самое подходящее время... В данный момент дети не могут с вами поговорить...

— Когда же будет подходящее?

Хотя этот человек и находился в другом конце города, Tee показалось, что она ощущает леденящий холод его убийственного взгляда.