— Вот и замечательно, вам полегчало. Я принес суп. Выпейте, он согреет вас.

Она посмотрела на кружку, распространявшую аромат аппетитного бульона, и невольно проглотила слюну.

— Принимайтесь за дело, — сказал он. — Вы сразу почувствуете себя лучше.

Она оторвала глаза от кружки и уставилась на него. Этот настороженный, чуть испуганный взгляд напомнил ему случай, который произошел много лет назад, когда он, Линкольн Риз, и сестра Шейла бродили по холмам Санта-Барбары в том местечке, где и сейчас живет его отец. Они набрели на маленького олененка, запутавшегося в проволочном заборе. Зверек безрезультатно пытался освободить ножку из случайной западни. Он совсем выбился из сил и смотрел на детей почти таким же взглядом, каким смотрела сейчас на него эта женщина. Он не забыл, что олененок, получив свободу из их рук, постарался как можно скорее скрыться в лесу. Но этой женщине некуда бежать, подумал Линк. Она на борту яхты и далеко от берега.

И все же в ее взгляде было что-то такое, что говорило ему о желании этой девушки поступить так же, как некогда освобожденный от пут олененок. О том, что она не оставляет мысли о побеге, подсказывало ему и шестое чувство, которому он привык доверять. Оно почти никогда не подводило его, и теперь он был уверен, что она может так поступить, ослабь он бдительность.

Однако оставаться с ней рядом, не выпускать ее из поля зрения, следить за ее поведением не имело большого смысла — не олененок же она.

— Теперь вы сносно себя чувствуете, — как можно мягче произнес он. — Худого случиться с вами не может. Займитесь-ка бульоном, пока он не остыл, а мне нужно подняться наверх, взглянуть, где мы находимся. Мы лежим в дрейфе довольно долго. — Он постарался изобразить на лице доброжелательную улыбку. — Разве вам не хочется побыстрее выбраться на палубу?