— Привет! Из какого агентства? — И, не дождавшись ответа, затараторила: — А мне сказали, что по ошибке администратора меня поселили с какой-то мымрой-писакой из Нью-Йорка, вот я и приуныла было… Но все, кажется, обошлось. Как спалось? Хорошо, что я тебя не разбудила. Какие планы на вечер?

Памела растерянно молчала, еще не вполне оправившись от дурного сна. Подойдя к журнальному столику, она достала из пачки сигарету и закурила.

— Не угостишь, пока никто не видит? — шепотом попросила блондинка. — Да я и не курю почти — так, время от времени балуюсь.

Памела все так же молча протянула блондинке пачку «Кента». Закурив, девушка блаженно вытянула длинные ноги и пустила в потолок струйку голубоватого дыма.

— Я Милдред Марш, из модельного агентства «Гламур», Нью-Йорк. Можешь звать меня просто Милли. Приехала завоевывать сердца и кошельки сильных мира сего. Многие поставили на меня, как на призовую лошадь, — и ведь я этого достойна, не правда ли?

Вскочив с диванчика, Милли держа руку с дымящейся сигаретой на отлете, продефилировала по комнате, слегка покачивая стройными бедрами. Синие глаза ее сияли.

— А что? Двадцать лет, рост метр семьдесят семь, классические девяносто — шестьдесят — девяносто, натуральный цвет волос… Словом, есть шансы, ты как считаешь?

Глядя на светловолосую красавицу, Памела ощутила себя вдруг усталой сорокалетней женщиной. К тому же все еще ныла грудь…

Слегка раздосадованная молчанием соседки, Милли уселась на подлокотник кресла и выжидательно уставилась на Памелу.

— Вот она я, вся как на ладони. А ты, пташка, кто и откуда? Мне кажется, я вправе рассчитывать на откровенность.

Обреченно вздохнув, Памела с улыбкой проговорила:

— Сдается мне, я и есть та самая мымра-писака из Нью-Йорка, моя милая…

— Не может быть! — округлила глаза Милли.