Простая одежда и скромная прическа — ее черные волосы были зачесаны назад и скручены в тугой узел на затылке — не скрывали ее необычной привлекательности. У Ди Сван были широкие скулы и большой, мягко очерченный рот, но Лукас не находил эти черты вульгарными. Когда он наблюдал, как она ест, изящно зачерпывая суп и ничем не показывая, что помнит о его присутствии, жар сексуального возбуждения охватывал его.

— У вас нет других родственников? — резко спросил он, намереваясь заставить Ди обратить на него внимание.

Она пожала плечами и отложила ложку.

— У меня есть двоюродные братья, но никто на них не живет поблизости.

— Они бы могли взять вас к себе?

Зеленые глаза долго, изучающе смотрели на него, прежде чем она соблаговолила ответить.

— Полагаю, что могли бы, если бы я попросила. Но я предпочитаю оставаться здесь.

— Почему? Вам, должно быть, здесь одиноко, а кроме того, опасно.

— У меня есть оружие, — напомнила она ему. — И я не чувствую себя одинокой. Мне здесь нравится.

— Наверно, у вас много друзей среди мужчин. Молодая, симпатичная одинокая женщина всегда привлекает внимание.

Она рассмеялась. Это было не девичье хихиканье, а громкий смех женщины, знающей, как получать удовольствие от жизни.

— Нет, поскольку они усвоили, что я умею попадать в то, во что целюсь. После того как я подстрелила некоторых, остальные предпочли оставить меня в покое.

— Почему вы поступили так? Вы бы могли уже выйти замуж.

Ди опять рассмеялась, и ее смех вызвал у него новую волну возбуждения. Какие бы ни были тому причины, его радовало, что она не замужем, поскольку он взял себе за правило не связываться с чужими женами.

— Мне делали предложения, мистер Кохран. Кажется, три раза. Я не замужем, потому что не хочу этого. Я вообще не собираюсь выходить замуж.

По своему опыту Лукас знал, что все женщины хотят выйти замуж. Он прихлебывал кофе и рассматривал ее поверх края чашки.