Она замерла, узнав голос Артура Фергюсона. Выбегая из зала, она его даже не заметила, чего явно нельзя было сказать об ее уходе. Драматический выход!

Джолли торопливо вытерла слезы и повернулась к Артуру.

— Мистер Фергюсон?

Смотреть ему в глаза она не могла, да и голос звучал так себе. Дрожал и прерывался.

Его голос прозвучал чуть насмешливо, но мягко.

— Сегодня явно не ваш день, да?

Этот человек даже не представляет, до какой степени он прав. Джолли думала, что их спор за столиком — самое плохое, что ждет ее в этот вечер, но по сравнению с разговором на кухне это были цветочки. Даже нет, бутончики! Цветочки — на кухне, а уж ягодки — появление этой женщины.

— Эй!

Она угрюмо посмотрела на белоснежный носовой платок, который Артур протягивал ей.

— Я вам только что предыдущий вернула…

— А я оставил его в зале. Ничего, брат захватит мои вещи. Возьмите, Джолли. У вас вся тушь потекла.

Значит, тот человек — его брат. Похожи…

Она взяла платок, пробормотала благодарность, начала вытирать глаза и только тут вспомнила, что никакой туши у нее на ресницах нет и не было. Она сегодня вообще не красилась. Артур Фергюсон смеялся над ней!

— Очень смешно!

И не смогла сдержать ответной улыбки, сразу осветившей ее личико. Артур кивнул.

— Вот так-то лучше. Знаете, что бы там ни было, не может все быть настолько плохо, что…

Улыбка увяла на бледных губах девушки, слезы снова закипели на ресницах.

— Все гораздо хуже, чем вы думаете. Чем вы даже можете себе представить.

— Хотите, поговорим?

Поговорить ей хотелось, но… Артур Фергюсон… Не самый лучший вариант жилетки, в которую можно выплакаться.

Нет, говорить с ним она не хотела, но чувствовала, что если не выговорится, то взорвется от распиравших ее чувств. Кроме того, возвращаться в ресторан у нее нет никакого желания.

Джолли тяжело вздохнула, приняв нелегкое решение.