Что заставляет некоторых людей совершать безумные поступки исключительно ради того, чтобы повысить адреналин в крови? Как это странно и совершенно непонятно!

Заметив, что Закери Бэллантайн поднялся, чтобы пожать руку молодой хорошенькой женщине, которая подбежала к его столу выразить восхищение, Кэтрин неожиданно почувствовала раздражение. Как они могут — такие мужчины, как он, авантюристы по природе, — заставлять женщин любить себя, а потом беззаботно бросать свою жизнь на алтарь мальчишеской мечты?! Это так несправедливо и жестоко!

Молодая женщина между тем улыбалась, ее белая рука без обручального кольца лежала на руке Бэллантайна, и она с серьезным видом что-то говорила ему, видимо выражая свой восторг. Этому мужчине ничего не стоило вскружить ей голову.

— Дурочка, — прошептала Кэтрин.

— Что? — Кэллум наклонился к ней.

Она покачала головой:

— Ничего. Мы уже можем уйти?

Больше она этого не вынесет, не сможет справиться с нараставшим раздражением. Может быть, Кэллум прав: она еще не совсем пришла в себя после гриппа.

— Разве ты не хочешь поговорить с почетным гостем? — спросил Кэллум.

Кэтрин растерянно посмотрела на толпу окруживших его людей и проговорила:

— Нет. У него и так полно обожателей. И потом, я… устала.

Кэллум удивленно поднял брови. Откуда такой язвительный тон? Он встал и отодвинул ее стул.

— Тогда пошли. Я поймаю такси.

Он никогда не садился за руль, если собирался пить. И это чувство ответственности было еще одной чертой, которая привлекала Кэтрин. Уж он-то никогда не заставит ее переживать из-за какой-нибудь безумной авантюры.

Кэллум отправился за такси, оставив ее в фойе.

Ей не следовало столько пить! Голова кружилась, и Кэтрин оглянулась в поисках стула. В холле было лишь два стула, и их занимала парочка молодых людей, страстно увлеченных разговором.