– Ах да, – снизошла Лорэн. – Ну что, пойдем в гостиную?

– Да, конечно, – смущенно засуетилась Мария, извиняясь за свою недогадливость. Она не знала, как относиться к этой женщине, которая, видимо, была в очень близких отношениях с Адамом и вела себя здесь как дома.

Окна гостиной выходили во внутренний двор. Это была светлая, уютная, просто обставленная комната с низкими потолками. Вдоль стен стояли черные кожаные диваны, на полу лежал золотисто-кремовый ковер с узорами. Там находились обширная библиотека Адама, телевизор и аудиоаппаратура. Створчатые двери открывались в садик, где цвели вьющиеся розы.

Удобно расположившись на диване, Лорэн небрежным жестом указала на стул напротив. Мария, однако, предпочла не заметить этого жеста и встала у камина. Из ящика на столе Лорэн взяла сигарету и некоторое время, глубоко затягиваясь, молча курила. Мария вежливо ждала, пока гостья начнет разговор. Она уже оправилась от смущения, и происходящее начинало забавлять ее. Наконец Лорэн сказала:

– Адам, наверное, очень удивился вчера, когда застал вас у себя дома?

– Ну… пожалуй, – уклончиво ответила Мария. – Он не ожидал меня здесь встретить. Я хотела сделать ему сюрприз.

Лорэн внимательно изучала ее.

– А вам не кажется, что приличнее было бы подождать, когда вас пригласят? Ведь он не успел еще ответить на письмо вашей мачехи. Вам не приходило в голову, что нельзя приезжать так неожиданно?

Мария слегка растерялась. Она не понимала, какое эта женщина имеет право оценивать ее поступки и читать ей нотации.

– Нет, не приходило. Ведь Адам – мой брат. Я думала, что к родственникам можно приезжать неожиданно.

– Он ваш сводный брат, а это большая разница. Его нельзя назвать вашим близким родственником. Если я не ошибаюсь, вы и виделись-то всего два раза.

– Ну и что? Он член моей семьи.

– Член семьи, которого вы совсем не знаете, – то есть чужой человек, – сухо напомнила Лорэн. – Вы не знаете его привычек, не знаете, как он проводит время. Вы не можете сказать с уверенностью, рад он вашему приезду или нет.