
Позже он сказал ей, что это была самая сексуальная улыбка, когда-либо виденная им на женских губах.
Она вытянулась на траве, подложив руку под голову, и устремила взгляд в небо. Оно было густо-синего цвета. Ни единого облачка. Один из тех идеальных летних дней, которые как будто созданы специально для того, чтобы напоминать англичанам, что погода – это не только дождь и ветер.
Доминик может появиться в любую минуту.
Она решила прийти заранее, из-за смутной надежды, что, увидев его издалека, успеет собраться с силами для того, что ей необходимо сделать.
Она и место встречи выбрала очень тщательно, а потом объяснила ему, где ее искать. Как-то так случилось, что в Риджентс-парке они ни разу не были вместе, а она хотела, чтобы разговор произошел там, где ее не будут мучить воспоминания.
Но воспоминания – она осознала это сейчас с тоской, заполнившей все ее существо и уничтожившей все остальные чувства, – не зависят от времени и места. Она лежала на траве, хмурясь и пытаясь сообразить, как ей сформулировать то, что она должна ему сказать, но могла лишь вспоминать ощущения, которые он ей подарил.
Каждое его слово было для нее откровением, каждая улыбка уводила в новый мир, о существовании которого она даже не подозревала.
Как канатоходец, она шагала по натянутой ею же проволоке, а он протянул ей руку, и на какое-то время она обрела способность летать. Начавшаяся полгода назад безрассудная игра – игра, в которую она должна была сыграть прежде, чем потерять такую возможность навсегда, – завершилась так, как ей и не снилось.
Какие дураки те, подумала она, снова садясь, кто говорит, что лучше полюбить и потерять, чем вовсе не испытать любовь.
Она прищурилась от солнца, увидела издалека подходящего к ней Доминика и ощутила знакомый бурный всплеск эмоций.
Скажи ей кто-нибудь раньше, что какой-то один мужчина может сделать краски ярче, а музыку нежнее, может изменить весь ход жизни, – она бы просто рассмеялась, но именно это он и сделал. Вся ее жизнь, казалось, раньше была черно-белым фильмом, а теперь стала цветным.
