Только Еве ни до его брюк, ни до пиджака, ни до самого него не было никакого дела.

Она шла своей легкой размеренной походкой и беспрестанно улыбалась, слушая о чем-то наперебой рассказывающих ей кавалеров в щеголеватых костюмах и начищенных туфлях.

Впоследствии Себастьян видел ее еще множество раз — постоянно с теми же парнями, неизменно на расстоянии. Они окружали ее и в перерывах между лекциями, и на устраиваемых для всех праздниках, и в любом другом месте за пределами университета. Ходили слухи, будто она с согласия Уэстона спит с его друзьями по очереди, во что в глубине души Себастьяну почему-то очень не хотелось верить.

На третьем году обучения он начал встречаться с хорошенькой первокурсницей Мэри, вошел в сборную университета по футболу, заработал славу одного из лучших студентов, нашел подработку. А свой благоговейный восторг перед красотой Евы Корнер научился маскировать под видом полубезразличия-полупренебрежения и, видя ее, уже не ощущал себя ничтожным и онемевшим.

С Мэри они долго встречались и после окончания университета, а потом мирно разошлись, поняв в один прекрасный момент, что у них совершенно разные цели в жизни. О Еве с поры студенчества Себастьян ничего не слышал.

Теперь она совсем другая, подумал он, окидывая рассеянным взглядом опустившегося на скамейку в скверике перед отелем сухонького чернокожего старика в белой шляпе. Совсем не такая, как раньше. И главное отличие ее нынешней от ее прежней — отсутствие титулованной свиты. Где, хотелось бы знать, Уэстон? А его верные дружки? Устали сопровождать свою драгоценность везде и всюду? Пресытились ею? Или она сама послала их куда подальше, найдя компанию поинтереснее? Но кто для тщеславной красотки может быть интереснее, чем богач герцог? Какой-нибудь королевской крови?