В конце концов, на это ведь все надеются, не так ли? И не одна она такая дура, чтобы ошибиться в своих предположениях. Нет-нет, совместная жизнь — это вполне возможно, а вот счастье…

Кларк был скучным, как головная боль, раздражающим, как боль зубная, и настолько приличным, что просто отшить его не представлялось возможным. Не говоря уж о милой Моди, его маменьке. Вот уж кто подарил бы Джуди незабываемые моменты счастья! Ибо Джуди больше всего на свете любила упражняться в доведении до нервного срыва вот таких вот дамочек — и упражнения давали свои результаты, уж будьте уверены.

Кстати о Джуди…

Семья Чэдвик была нормальной, в смысле среднестатистической. Мама — биолог, папа — геолог, оба учились в одном университете, познакомились в кампусе, поженились еще до окончания курса, потом родилась Лили. Вся жизнь родителей проходила в разъездах по разным труднопроходимым уголкам земного шара, Лили до определенного возраста моталась вместе с ними, но потом перед Чэдвиками встала проблема образования. Не их, а Лили. В школу надо было идти, вот что.

У мамы была программа исследований, у папы был неразведанный пласт золотоносной руды в Боливии, бабушек и дедушек в семье не осталось — пришлось скрепя сердце обращаться к Джуди.

Джуди была сводной сестрой папы. Младшей сводной сестрой. В некотором роде — персоной нон грата и паршивой овцой.

Джуди Чэдвик учиться не желала, ездила на устрашающих размеров байке, носила кожаные штаны и куртку-косуху, буйные черные кудри повязывала банданой с черепами, на жизнь зарабатывала игрой на бас-гитаре в какой-то очень металлической и очень тяжелой рок-группе. Ругалась как портовый грузчик, дралась как мужик, не боялась ничего на свете, курила — словом, из всех неподходящих нянь была самой неподходящей.