— Почему бы нам не поехать вместе? — делано небрежно предложила Фелиция. — Развеяться всегда полезно. К тому же вдруг именно там мы найдем идеальный дом?

Она говорила об этом как о чем-то незначительном, как о рабочем телефонном звонке. Но Алан чувствовал, что ее карие глаза, как крючья, впились в него цепко-цепко, и она не пропустит мимо своего внимания ни одного сокращения его лицевых мышц.

— О, мне очень жаль, — Алан постарался подхватить ее легкомысленный тон, — но на этот уик-энд мы с моей невестой летим в Бостон к ее родителям. У них юбилей свадьбы.

Алан врал, причем по-крупному: Диана не была его невестой, и о том чтобы ввести ее в этот статус, речь вообще не шла, родители ее жили в пригороде Чикаго, и, несмотря на это, он до сих пор не был с ними знаком. Но менее весомой отговоркой он бы не отделался, он чувствовал это.

— Ах, Бостон — чудесный город, несколько лет назад мне довелось там побывать…

Алан знал этот насквозь «светский» тон, к которому Фелиция прибегала каждый раз, когда ей нужно было скрыть свои истинные эмоции.

— В нем царит совершенно особенная атмосфера, вы не находите?

Алан не успел ответить ни да ни нет, потому что его ответ ей не был нужен и она не ждала его.

— Жаль только, что я летала туда вместе с Брайаном, этим негодным развратником… Он отравил мне все воспоминания!

Алан никак не мог взять в толк, откуда у нее такая тяга навешивать патетические ругательства на человека, который безропотно терпел ее выходки столько лет и благодаря которому у нее теперь есть все. Может, она хотела от него чего-то большего? А что может быть больше двенадцати миллионов? Двадцать миллионов, пятьдесят, миллиард… Да, вряд ли Фелицию Беккет даже в самой ранней юности интересовала такая штука, как любовь.

Когда Алан попытался заговорить с Фелицией о делах, она заявила, что у нее начинается мигрень и что он не имеет права мучить ее разговорами на серьезные темы, и принялась звонить шоферу, чтобы подал машину к выходу из ресторана. Она ничем не выдала недовольства и раздражения, но Алан не был дураком, и Фелиция это знала. И его показная наивность явно не произвела на нее большого впечатления.