Он медленно открыл глаза, зрачки расширились так, что их чернота почти полностью поглотила серый цвет глаз. С изумлением Алек смотрел на склоненное к нему сосредоточенное женское лицо. В первые секунды рука казалась онемевшей, потом он почувствовал легкое покалывание; по телу пробежала дрожь, как признак наступившего облегчения.

– Расслабьтесь, – посоветовала Мира. Ее руки скользили от распахнутого ворота рубашки до скованного плеча. – Вы все еще можете навредить себе.

Пальцы искали напряженные нервы, массируя удивительно умело и успокаивающе. Он не ожидал такой силы в этих маленьких руках. Расслабившись и прикрыв глаза, Алек обнял ее за талию.

– Как вам это удалось? – прошептал он, чувствуя, как приятное тепло разливается по телу.

– У меня это всегда неплохо получалось, – ответила Мира, уверенно продолжая массировать плечо.

Его гладкая кожа плотно обтягивала прекрасно натренированные мышцы.

«Теперь я знаю, что чувствуешь, вынимая колючку из лапы льва, – с испугом подумала она. – В такой ситуации сострадание уступает место чувству самосохранения».

– И дело здесь гораздо больше в необходимости, чем в способностях, – продолжала она. – Но у меня…

– По словам Саквиля, у вас весьма недурные способности, – перебил он. – Хотя мы с ним не обсуждали искусство врачевания.

Мира замерла, но он обхватил ее за талию.

– Нет.., не останавливайтесь. – Его голос зазвучал плутовски.

– Вы ведете себя слишком развязно для человека, нуждающегося в моей помощи.

– Я отплачу вам благодарностью сразу же, как только выберусь отсюда, – со все еще закрытыми от удовольствия глазами сказал Алек. Было чертовски приятно и так естественно держать руку на ее талии. Почему с ней так хорошо?