Отпивая горячий кофе, Клодия посмотрела поверх чашки на своего преданного друга. Что еще знает Эми? О чем догадывается?

Думать об этом не хотелось. А потому она поставила чашку на стол и сменила тему разговора:

— Сколько столиков заказано на сегодня?

— Все. — Эми собрала грязные чашки и отнесла их в огромную посудомоечную машину. — Думаю, сейчас нам следует особенно постараться, тогда при продаже можно будет запросить побольше — дело-то на ходу. — Эми помолчала. — А вообще, единственное, что я могу сказать: слава Богу, сезон скоро заканчивается.

Клодия окинула взглядом сверкающую чистотой кухню и от всего сердца согласилась с Эми.

Сейчас начало октября. С конца сентября желающих отдохнуть стало меньше. Сложных блюд мы не готовили и не будем готовить до самой Пасхи. Ах, до какой Пасхи! — спохватилась Клодия. Вряд ли мы проживем в этом доме хотя бы еще месяц. Но Эми, конечно, права: если хочешь показать товар лицом, надо расстараться.

А все-таки жизнь не так уж беспросветно плоха, думала Клодия десять минут спустя, нежась в теплой ванне. Если хорошенько вглядеться, можно найти в ней и кое-какие проблески надежды.

Управляющий банком оказался, например, совсем не таким чудовищем, как ей представлялось. Десять дней назад он выказал полное понимание, если не сказать — сочувствие. Обрисовав в самых мрачных тонах существующее положение и объяснив, почему «Фартингс-Холл» все-таки придется продать — иначе никак не покрыть всех долгов, — он добавил:

— Но перед тем как выставить имущество на продажу, я посоветовал бы вам связаться с «Холмен-групп». Вам это название о чем-нибудь говорит?