— Ой! — Клодия резко остановилась, едва не налетев на мачеху. — Извини, не заметила тебя!

В присутствии светловолосой Хелен, маленькой и гибкой, Клодия всегда чувствовала себя громоздкой неуклюжей дылдой. О нет, Хелен никогда — ни до, ни после замужества — не сказала ей грубого слова, ни разу не взглянула косо, но в последние дни Клодия ощущала, что мачеха относится к ней с каким-то раздражением. Однако сегодня, в такой чудесный день, Клодия решила просто об этом не думать.

При виде падчерицы прищуренные зеленые глаза Хелен засияли, и Клодия с облегчением вздохнула: похоже, у той хорошее настроение.

— Боже, сколько энергии! Как бы я хотела снова оказаться молодой и беззаботной! — улыбнулась мачеха.

— Да и ты тоже не старуха! — весело отозвалась Клодия, вышагивая следом за Хелен по коридору, ведущему во внутренний двор.

По правде сказать, все тридцатилетние женщины, как Хелен, например, казались ей если не пожилыми, то уж людьми среднего возраста — точно. И все же Клодия признавала: обволакивающая сексуальность Хелен, ее золотистые волосы и правильные черты лица не подвластны времени.

— Спасибо, — сухо поблагодарила Хелен, резко открыв дверь во двор. И сразу ослепительный солнечный свет ворвался в коридор, вызолотил ее фигурку в ярко-лимонном одеянии, забликовал на множестве золотых украшений. — Пошли?

Вообще-то Клодия собиралась прогуляться до небольшой скрытой в скалистом ущелье бухточки. Добраться туда можно было по довольно глубокой лощине, которая рассекала пополам красивый парк «Фартингс-Холла». Но если Хелен хочет, чтобы она составила ей компанию, — пожалуйста. Клодия всегда считалась с желаниями других: ей нравилось, когда вокруг нее все были счастливы, а возможно, — скорее всего так оно и было — ей просто хотелось всем нравиться.

Совсем как неразумному, пышущему неуемной энергией щенку, насмешливо подумала она о себе и представила, как от усердия у нее высунулся язык.