Следующие несколько дней прошли совершенно мирно. Ничего не происходило. Я успокоилась. Ники и я понемногу привыкли к жизни на вилле «Мармара». Мы загорали, спали, разговаривали с мистером Карвеллисом и Ледой. Пол уехал в главный офис в Афины. Я могла спокойно отдыхать.

По утрам я спускалась на лифте на пляж. Подножия скал просвечивали сквозь изумрудную воду, Ники возился на серебристом песке. Он был готов оставаться здесь целый день. Но Леда не могла плавать из-за болей в спине, а мистер Карвеллис редко спускался к морю. Я же не решалась проводить слишком много времени одна, чтобы меня не сочли невежливой.

Мне тоже больше ничего не было нужно. Просто лежать, вытянув ноги, на надувном матрасе, который каждое утро выносил для меня мальчик, помощник Ангелоса. Кроме того, у нас был зонтик от солнца и множество надувных игрушек. Стратос приносил на подносе кофе для меня и лимонад или кэмаки, шарик сливочного мороженого между двумя миндальными коржиками, для Ники.

Утро проходило на пляже, мы купались и загорали. Ники заходил со мной в воду все дальше и дальше, набираясь все больше храбрости, и потихоньку учился плавать. Иногда мы бродили среди скал в поисках крабов, устриц и других морских обитателей. Лежа в тени, я не спала и не думала, просто существовала, жила совершенно растительной жизнью.

К полудню чистая мерцающая свежесть, застывшая над морем и островом, исчезала, и летний зной медленно спускался с гор. Мы уходили с пляжа, потому что даже зонтики не спасали от палящего солнца. Вилла встречала нас упоительной прохладой. Мистер Карвеллис поджидал нас, спокойный и безупречный, одетый в один из своих тонких изысканных темных костюмов, всегда готовый налить стаканчик вина или узо. Мне нравился этот мутноватый, необычного вкуса напиток, который готовили с добавлением аниса и подавали с водой или льдом.

Иногда к нам присоединялась Леда, всегда безукоризненно одетая и причесанная. Глядя на нее, я понимала, как беден мой гардероб. Но я ничего не могла с этим поделать. Я напоминала себе Золушку.